Тема: Спор, дискуссия, полемика в деловом общении, культура в ведении спора. Учебная работа № 433306

Тип работы: Контрольная
Предмет: Культура речи
Страниц: 18

СОДЕРЖАНИЕ

Стр.
ВВЕДЕНИЕ 3

1. Понятие спора, дискуссии, полемики и их целях в деловом общении 5
2. Психологические и логические приёмы полемики, применяемые в деловом общении 11

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 17
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 18Стоимость данной учебной работы: 300 руб.

 

    Укажите Ваш e-mail (обязательно)! ПРОВЕРЯЙТЕ пожалуйста правильность написания своего адреса!

    Укажите № работы и вариант


    Соглашение * (обязательно) Федеральный закон ФЗ-152 от 07.02.2017 N 13-ФЗ
    Я ознакомился с Пользовательским соглашением и даю согласие на обработку своих персональных данных.


    Подтвердите, что Вы не бот



     



    Учебная работа № 433306. Тема: Спор, дискуссия, полемика в деловом общении, культура в ведении спора

    Выдержка из похожей работы

    …….

    Полемика о новом и старом слоге А.С. Шишкова

    …..зыка.
    Карамзин считал, что в основе литературного языка должен стоять разговорный
    язык образованных слоев общества, Шишков в качестве образующей силы признавал
    только многолетне обработанный книжный язык, по большей части язык старинных
    книг, в том числе славянского перевода священного писания.

    Позиция
    Шишкова на это явление получила яркое выражение в его трактате «Рассуждение о
    старом и новом слоге российского языка», напечатанным в 1803 г. В нем он
    агрессивно-резко выступил против тех, кто, по его словам, был «заражен неисцелимою
    и лишающею всякого рассудка страстию к Французскому языку». К таковым им
    причислялись не только литераторы сентименталистского направления, главой
    которых был Н.М. Карамзин. Выступление Шишкова было подвергнуто резкой
    критике учениками и последователями Карамзина (сам он в полемике участия не
    принимал). В критических откликах отмечалось, что Язык не остается неизменным,
    что он развивается под воздействием просвещения, новых явлений, понятий, предметов,
    что сближение книжного и разговорного языка является необходимым, ибо только на
    этом пути может быть создан живой литературный язык. Борьба «шишковистов» и
    «карамзинистов» проявилась не только в полемике по вопросам языка, но и в
    области журналистики, в различных литературных обществах.

    В описании
    Шишкова галломания выглядела как тяжкая духовная болезнь, поразившая русских,
    когда французы учат их всему: «как одеваться, как ходить, как стоять, как петь,
    как говорить, как кланяться, и даже как сморкать и кашлять». Галломания,
    граничащая с русофобией, была, по Шишкову, следствием вытеснения или полного
    отсутствия национального воспитания: «какое знание можем мы иметь в природном
    языке своем, когда дети знатнейших бояр и дворян наших от самых юных ногтей
    своих находятся на руках у Французов, прилепляются к их нравам, научаются
    презирать свои обычаи, нечувствительно получают весь образ мыслей их и понятий,
    говорят языком их свободнее нежели своим…».

    В итоге,
    утверждал Шишков, возникло «моральное» рабство, которое по своим последствиям
    хуже физического порабощения: «Народ, – писал он, – который все перенимает
    у другого народа, его воспитанию, его одежде, его обычаям наследует; такой
    народ уничижает себя и теряет собственное свое достоинство; он не смеет быть
    господином, он рабствует, он носит оковы его, и оковы тем крепчайшие, что не
    гнушается ими, но почитает их своим украшением». Подобная, унизительная для
    русских ситуация, возникла, согласно Шишкову, в результате сближения с
    «чужестранцами», особенно французами, поскольку, вместо того, чтобы «вместо
    занятия от них единых токмо полезных наук и художеств, стали перенимать
    мелочные их обычаи, наружные виды, телесные украшения, и час от часу более
    делаться совершенными их обезьянами.». В результате такого воспитания, по
    Шишкову, начался процесс всеобщей деградации, «растления», «заразы», вызванный
    массовым наплывом галлицизмов в русский язык и заимствованием чужих обычаев.
    Всё это однозначно расценивались им как своего рода подрывная акция со стороны врагов
    России, которые «вломились к нам насильственно и наводняют язык наш, как потоп
    землю».

    По Шишкову, сугубая
    вина поклонников «нового слога» состояла в том, что вводя в русский
    многочисленные кальки с французского, они игнорировали собственное языковое
    богатство, что в перспективе могло привести его «до совершенного упадка». При
    этом Шишков приводил в своем «Рассуждении» немало примеров анекдотического
    характера, взятых из сочинений сентименталистов (правда, не указывая, откуда он
    их взял, и, возможно, что-то присочиняя): «Вместо: деревенским девкам навстречу
    идут цыганки (сторонники «нового слога» пишут – А.М.): пестрые толпы
    сельских ореад сретаются с смуглыми ватагами пресмыкающихся Фараонит. Вместо:
    жалкая старушка, у которой на лице написаны были уныние и горесть: трогательный…

     

    Читайте также: